«Нигилистический коммунизм — критика оптимизма (религиозной догмы о неотвратимом триумфе добра над злом) в леворадикальной среде»

Проблематика коммунизма и коммунизации раскрывается в двух аспектах: во-первых, их несовместимость с ныне существующими людьми, а во-вторых, историческая тенденция коммунистов, стоит им захватить власть, к тому, чтобы проводить политику геноцида.

Организация, противопоставляющая себя организации как таковой, некая всечеловеческая общность как оппозиция к антигуманистическому порядку вещей, сразу же сталкивается с серьёзными препятствиями на пути своей самореализации, например:

1. Капитализм, по причине уже самого объёма накопленных им ресурсов, более не является обычной формой «организации», существующей в этом мире наряду со всеми другими, — во многих отношениях и смыслах он тождествен миру вообще. Капитализм сегодня подразумевает производство субъектных диспозиций; их уже возникло великое множество (заслуга в этом принадлежит «идентарной» политике и нишевым рынкам), и люди, усвоившие эти диспозиции, испытывают полный комфорт в тех границах, которые им предуготовил капитализм, — с точки зрения субъектных диспозиций, капитализм вытеснил природу. Сложилась ситуация, или так было всегда, при которой едва ли возможно сознательно отвергнуть ценности, диктуемые капиталистической организацией, поскольку само сознание является продуктом движения её ценности (value). Отказ принимать капитализм буквально означает отказ принимать реальность.

2. Практически невозможно заменить тот мир, каким он предстаёт сегодня, навязанной ему системой ценностей, сформулированной субъективно. Мир слишком противоречив, слишком сложен, чтобы его схватить. Мир слишком пёстрый, чтобы ему можно было что-то навязывать в части форм управления, прокламаций или институций, если это исходит из единственного источника.

Проблематика коммунизма формулируется не в терминах движения вперёд или назад, но в терминах выхода. В обстоятельствах, когда технологическая форма доминирования ускользает от любых попыток политического контроля, все возможные формы политической осознанности оказываются фрагментированными, разбиваясь о стену предельных степеней сложности и скатываясь в реакцию.

Заявляя, что мы не должны вести никого за собой, поскольку история научила нас, что лидеры вроде нас неизменно ведут к катастрофе, мы не отвечаем ни на вопрос о том, почему осознание революционных возможностей не пробуждается у других, ни на вопрос о роли тех, кто уже обладает таким сознанием. Быть может, и с этой мыслью необходимо считаться, желание снять с себя лидерские полномочия и «открыть» глаза окружающим само по себе является формой рационализации и попыткой сместить акценты в части того, какая роль должна отводиться «нашему» сознанию в пылу революционных событий. Иными словами, принципиальный отказ от лидерства не несёт в себе тактических преимуществ в ситуации отсутствия взаимности как со стороны тех, кто не готов идти за лидером, так и стороны тех, кто не готов за ним не идти.

Или, если взглянуть на это под другим углом: тем, кому революция идейно близка, являются теми, кто не в силах её совершить, в то время как тем, кто владеет материальными средствами для её претворения в жизнь, революция идейна чужда. Хуже того: этот узел нельзя развязать, разве что через вмешательство сил, которые можно назвать сверхъестественными.Успешно противостоять некой силе можно лишь с позиции большей силы, и государство всегда экспроприирует, но само его экспроприировать невозможно.

Предшествовать коммунизму должен коммунизм, а вовсе не капитализм, – субъектом коммунизма является коммунизм, как и субъектом капитализма является капитализм. Предпосылкой освобождения служит освобождение, а не угнетение. Сперва должен иметься определённый набор отношений, прежде чем эти же отношения смогут возникнуть. Иными словами, предпосылки подразумевают отношения, а отношения означают предпосылки. Говоря иначе, непреложный вывод заключается в том, что коммунизм, как и в случае с любыми системами, обуславливает сам себя. Нет никаких «материальных» или «исторических предпосылок», есть только предпосылки, вытекающие из отношений, и это предпосылки воспроизводства, но не возникновения. Коммунизм не является ни материальной, ни исторической общностью, но общностью на основе отношений, общностью на основе общности.

Как следствие, коммунизм не просто не может опираться на какие-либо предпосылки в рамках буржуазного исторического континуума — он структурно с ним несовместим. Разумно предположить, что, если уж коммунизм чужд этому континууму, он принадлежит к иному темпоральному порядку.

Сама история отрезала путь коммунистам, и теперь им остаётся лишь оборонять острова своей собственной, самобытной формы реакции, держащиеся на плаву в ситуации идеологического дрейфа, предшествующего наступлению метастаз автоматизации.

Реализация коммунизма возможна не вследствие критики капитализма, но вследствие направленной проработки собственных противоречий коммунизма. В этом смысле, коммунистам следует быть готовыми принять любую помощь, чтобы вырваться из ловушки их же собственных идей.

Книга Monsieur Dupont «Nihilist Communism» возможно будет издана на русском языка издательством chaosss/press